Федот (налив)

«Федот тепло дает — в рожь золото ведет».
      Погожая ясень сейчас впрямь всего дороже. «Федот на дождь поведет — к тощему наливу»]
      Посевную отстрадали, трава к пастьбе не доспела — в деревнях «междупарье». К этому времени и приурочивались обрядовые гулянья, Семик. Но в таежной глубинке отнюдь не истово соблюдались обряды Семика, «крестин кукушки», — многое-многое отходило в область преданий. Кроме Святой Троицы, Духова дня, запомнились девятая (Всесвятская) и десятая послепасхальные недели. В воскресенье девятой недели — в духовных святцах праздник Всех Святых, в Земле Российской просиявших. О нем помнили, так как в честь него была освящена наша приходская церковь. Хоть на месте белокаменного храма — груды битого кирпича, ветер с холма разносил красную пыль, а церковь Богоявленья в Городишне, лишенная крестов и куполов, была обращена в клуб, как и встарь, празднично одетые толпы запруживали село.
      Особенность междупарья былых лет — «бученье». В громадные кади-бучила закладывались рубахи, исподки, рабочая одежда и заливалась щелоком. Разогретыми на костре камнями щелок доводился до кипения. Полоскать простиранные вещи к рекам, прудам, озерам отвозили на телегах.
      Слышно и день и два, как на берегах водоемов бьют вальки.
      Развешают одежду для просушки, отбелки на солнце по изгородям — расцветала ярко деревня!
      В сенокос станет не до постирушек. Возле иного подворья плескалось на ветру по сотне и больше смен белья: убедись, прохожий, сколь прилежна к тканью и рукоделью женская половина дома.
      Верхняя выходная и праздничная одежа, разумеется, избегала бучил. В ясную погоду ее проветривали, просушивали, выбивая пыль, а если и стирали, то с мылом.
      Каждая женщина тогда обязывалась обычаями иметь наряды собственного ткачества, своеручно вышитые, украшенные кружевами, отдельно для покоса, отдельно для зажинок и жатвы, включая исподнее, сарафаны, передники, головные уборы.
      А модницы, почему о них ни словечка? Где видано, чтобы они переводились?
     
      Ах, тоненькая, высокая моя,
      Фигурная, мизирная моя,
      Пришпахтирная, натуральненькая!
      Ты, как золото, катаешься,
      Скатен жемчуг рассыпаешься…
     
      Алый сарафан, розовая кофта, зеленый передник, желтый полушалок, на шее янтари, в ушах бисерные подвески — что вы, «пришпахтирилась», звенит в ответ припевка-частушка:
     
      Молодцы наши хороши,
      На ногах носят калоши.
      Есть такие чистяки –
      По колено сюртуки,
      В руках-то тросточки,
      Курят папиросочки.
     
      Слыхано о деревенских франтах, что носили штаны красного и желтого кумача, картузы с лаковыми козырьками-кондырями, рубаху в петухах подпоясывали ткаными, цветисто-пестрыми поясами. С кистями, длиннее длинного пояс — молодец холост, девки, не зевайте!