В этот день Православная церковь праздновала Введение во храм Пресвятой Богородицы — один из важнейших христианских памятников.
Народ приметил, что в это время бывают морозы: «Введение накладывает на воду ледение», «На Введение — толстое леденье», «Введение пришло — зиму привело», «Введенские морозы зиму на ум наставляют», «До Введения если снег выпадет, то растает», «После Введения если снег пойдет, то ляжет зима», «Введенские морозы рукавицы на мужика надели, стужу установили, зиму на ум наставили». Но когда на Введение оттепель, то говорили: «Введение ломает леденье», «Введенские морозы обычно зимы не ставят» и подмечали: «Если со Введения ляжет глубокая зима — готовь глубокие закрома: будет богатый урожай хлебов», «Во Введение мороз — все праздники морозны, тепло — все праздники теплы».
На Введение делались пробные выезды на санях, право начинать эти гулянья отводилось молодоженам. Обряд назывался «казать молодую». В этот день открывались Введенские ярмарки, торги.
Введенье пришло — зиму на Русь завело.
Введенские уставщики, братья Морозы Морозовичи, рукавицы на мужика надели, стужу уставили, зиму на ум наставили.
До Введения если снег выпадет, то растает.
После Введения, если снег пойдет, то ляжет зима.
Последний лов рыбы.
«Зима за морозы, мужик за праздники».
Двунадесятый православный праздник Введение во храм Богородицы и Приснодевы Марии.
Переиначили его численники, избрав предлогом созвучие слов:
Введенье пришло,
Зиму в хату завело,
В сани коней запрягло,
В путь-дорожку вывело,
Лед на речке вымело,
С берегом связало,
К земле приковало…
Совпало по погоде, сказывали: «Введенье наложило толстое леденье». «Введенские морозы рукавицы на мужика надели, стужу установили, зиму на ум наставили».
Поверхностно остыла земля, погода колеблется. Холодам, вьюгам ворота настежь, и слышишь — с крыш ручьи, с реки грохот: «Введенье ломает леденье». Уместнее было присловье, мол, «введенские морозы зимы не ставят». Сырь, оттепели весьма сейчас обычны.
Первые, образно говоря, именные морозы и первые зимние — Введенские торги. Ходкий товар на них сани — от розвальней, кошевок до выездных, праздничных с козырями.
На пять дней разворачивал ярмарку Грязовец. От ее прибылей перепадало городу: приятно удивлял приезжих ухоженностью, благоустройством. На три тысячи жителей телефон, вблизи летний курорт.
Ясно, торговали кое-чем и кроме саней.
Купля и продажа. Цены приемлемые, коли пуд ржи 70 копеек, льноволокна — 6-7 рублей.
Кипенье, сутолока под дощатыми навесами, у балаганов-времянок. Гомон, выкрики:
— Польты… С Парижу польты, сукно гамбургское!
— Махорка — мухобойка! Один курит — семеро вповалку лежат.
Ярославский табачок: затянешься, домой пятками вперед воротишься.
— А во сусленики-пряникй, во пышки — налетай, ребятишки!
Гудит торжище. Вынесены самовары, пускают на мороз клубы пара. В начищенных боках отражаются груды баранок, кренделей. Половой колет сахарную голову — аж синие искры сыплются. И у стола с самоварами, и возле рядов с ситцами, галантереей, и у коновязей с лошадьми на продажу — везде протянутые руки:
— Подайте, Христа ради.
— Коий день не евши, век буду Бога молить…
От нищих отбою нет, где бы ни проходили торжища — в Кеми ли, в Усть-Сысольске ли уездном, в Важгорте ли, куда, кстати, поставлялись белые куропатки и чудное рукоделье ненок.
Богачи Мезени, Пустозерска, сел Беломорья, сосредоточив владение судами, снастями, снабжение продовольствием, припасами, тех же ненцев зажимали в кулак и русским не давали спуску. Тундра нищала, беднели рыбачьи становища, которые только с Печоры брали по 10 000 пудов семги ежегодно. Куда уходили богатства, не спрашивай, когда из-за засилья скупщиков и перекупщиков, сбивавших цены, плохой оснащенности рыбаков хирел тресковый промысел Мурмана, в приречных деревнях все больше появлялось «десятидворцев», кто содержал коровенку одну на паях с соседями.
70 копеек пуд ржи, 80 копеек пуд куропаток — на это ведь с какой стороны прилавка посмотреть!
Введенье — традиционные рыбные ярмарки. С них, с Поморья, лился неиссякаем поток в Россию из зимы в зиму.
Помните, Хлестакову в «Ревизоре» Н.В. Гоголя понравилось угощенье на обеде? Столичная штучка, Иван Александрович поинтересовался, что ему подавали, и получил в ответ:
— Лабардан-с.
А «лабардан», знаете, просто вяленая треска.
Воспользуемся поводом отметить: волостные торжки, базары собирались почти каждый месяц, иногда еженедельно. Так, в село Архангельское съезжались торговать по воскресеньям, в село Новленское — по субботам.
Как хотите, уменье продать подороже, купить подешевле, подать товар лицом числилось необходимой добродетелью мужика в прошлом.
«Декабрь снегами тешит». Тешит-потешит и возьмет «дорогу метелями переймет».
