Преподобных Василия исповедника, епископа Парийского.
Василий Парийский, Парильщик.
На день святого Василия весна землю парит, земле пару поддает.
«Антип воду льет на поймы, Василий пару поддает». «На Василия и земля запарится, как старуха в бане».
Охотники утверждают, что это последний день, когда медведь выходит из берлоги, в которой проспал всю зиму. Позже этого дня он не лежит в берлоге. О зайцах говорят: «Заяц, заяц, выскочи из куста». Зайцы бегают днем. «Заяц — сед, навидался бед».
В устных календарях — парник.
«Пришел Василий — выверни оглобли».
В тундре, на Колгуеве, Новой Земле пурга. Боже упаси промысловику покинуть зимовье: насидишься в «куропачьем чуме», то есть зарывшись в снег, пережидая непогодь!
Коль распогодится, растения тундры в «ледовых парничках» идут в рост. Полярное солнце невысокое, свет его, сверканье снега режут глаза, легко подорвать зрение.
У нас, в полосе тайги, если весна запаздывает, наступит распутица — ни колесом, ни полозом. Выверни оглобли и лежи себе на печи, лясы точи.
Погудки ко дню нынешнему из месяцесловов:
«Антип воду льет на поймы, Василий пару земле поддает».
«На Василъя и земля запарится, как старуха в бане».
Коли весна ранняя, торопил Василий мужика. Ну-ка, коня в оглобли да в поле пары пахать! Босая нога не зябнет, землю терпит — пора… «Кто ленив с сохой, тому весь год плохой!»
Первая борозда — событие сродни празднику.
Из деревни стегает ребятня наперегонки. Может, позволят за ручки плуга подержаться? Предел мечтаний, если усадят верхом на коня, и ты, сжимая в ладошке ременный повод оброти, проедешься по загону, внимая чирканью камушков по лемеху.
Воздух тепел, от сбруи тянет дегтем, от хомута — конским потом. Душист маслянистый, перевернутый плугом отвал, сырой и пряный запах кружит голову.
Сядут пахари «залоговать»: подкрепиться тем, что дети в узелках принесли, коням дать роздых. Кто-нибудь скажет, подмигивая:
— Слабо вам, мужики, зайца позвать.
Мужикам слабо? Надрываются, голосят босоногие:
— Заяц, заяц, выскочи из куста, дай место Михаиле Ивановичу-у-у! Случалось, криком выпугивали косых, кого — кого, а их возле полей хватало.
Календарное разнословье оправданно напоминало о медведе: вылезши из берлоги, бурый космач по кустам шастает.
Устными святцами медведь помянут не раз. Это в сказках, притчах косолапый увалень, недотепа. Обращение к топтуну в угрюмых заколоженных дебрях — по имени-отчеству, с суеверной опаской: «он», «сам». «Медведь — лешему родной брат». «Медведь-думец. В медведе думы много, да вон нейдет». Стадо постиг урон: «не прав медведь, что корову задрал; не права и корова, что за осек пошла». «Худа корова, что за осек зашла, а плох и медведь, что корову не съел».
Стало быть, топтыгину уделялась вотчина в полную собственность, куда без спросу рисково забираться.
У медведя на бору
Грибы-ягоды беру,
А медведь-то услыхал
И за мною побежал.
