С Иванова дня пошли медвяные (вредные) росы. Травы и коренья (лечебные) кладут под Иванову росу.
У Ферапонта двойственное толкование. «Сильные росы — на урожай». С другой стороны, «от Ферапонтовской росы и трава ржавеет», вредна она скоту, если дюже студеная.
Огородницы у гряд возились: «Дай, Боже, час добрый, чтоб капуста принималась и в головки складывалась». Мужики вострили глаз на рябину: поздний расцвет — долгая осень; обильный цвет — на налив овса, ко льну долгому; мало цвету — овсы не зададутся, хоть пересевай.
Оводы-пауты донимают, это женкам-огородницам весть:
«К урожаю огурцов!»
Пахарям знаменье:
«Появился слепень — полно сеять ячмень!»
До синего василька во ржи — венки девчонкам плести — ждать и ждать, мало ли что были ему именины, зато другими цветами, травами перволетье не изобижено. Рябина, жимолость, калина — прибыло хлопот шмелям-медуницам, пчелы с крыльев сбиваются. В болотах белокрыльник, вдоль канав незабудки, под тенью лесов ландыши, брызги цветущей земляники на опушках…
«Травы и коренья целебные клали под Иванову росу» — лекарям-самоучкам поручение. Для кого и что запасти, знахарей учить — только портить. Им-то уж ведомо, как помочь от хворей. Болезни пользовать — пустое, ты человека лечи! Кого ободришь словом, кого припугнешь… Кому в питье корешки, кому на шею ладанку с заговором…
