Еремей (распрягальник)

«Севу край, коня распрягай», «опусти сетево, покинь севалку».
      Предлагая оптимальные сроки сезонных работ, деревенские календари не ратовали за безоглядное их исполнение. Строг был расчет на хозяйственную сметку, на опыт. Вот и растягивалась пахотная, посевная страда с апреля до середины июня.
      Сегодня пахоту заканчивают к середине мая. Забыт опыт дедов-прадедов, которые, сея, учитывали господствующие ветры и фазы луны, не обходили вниманием грача на гнезде и в цвету калину. Пренебрегаем мы прадедовским наследством, возомнив, что ничего нет проще, чем растить хлеб, разводить скот…
      Перволетье. «Рожь говорит: колошусь! А мужик: не нагляжусь!»
      По увереньям погодоведов старины, «лето зиму строит». Множились наблюдения, далеко вперед деревня загадывала:
      — Лето бурное — зима с метелями.
      — Лето сухое, жаркое — зима малоснежная, морозная.
      — Хлебород — к суровой зиме.
      «Повесь сетево» — повесили. Коня, однако, помедли распрягать — впереди обработка паров. «Пашня с огрехами — кафтан с прорехами». Под озимь раз по шесть полосы пропахивались, глубоко, усердно, чтобы нива приняла зерно. А еще ремонт дорог, мостов. Гатили болота — чего-чего, болот избыток! На дому работа: полозья, дуги гнуть, починять телеги. Готовь под назем навозницу, под снопы — крюковатку, для поездок на люди — тарантас или дроги.
      Спозаранок хозяин подворья на ногах. В пять утра завтрак. Часов в десять обед и отдых. В четыре дня паужна. Часов в десять вечера ужин.
      Два слова о скоромном столе крестьянина. Щи, жаркое — мясо потребляли умеренно. Не то что горожане: жителями Вологды, например, в год потреблялось в среднем по 107 килограммов мяса на человека. Предпочтение говядине, баранине. Встарь телятину избегали: вредная-де для здоровья, запретная снедь.
      Из пирогов на стол подавались мясники, черевники (с мясом, ливером), расстегаи, политые сметаной в смеси с овсянкой. К каше-повалухе ставили молоко, пресное либо кислое.
      Ну-ка, о «голомудке» кто слыхал? Белые грибы, а чаще рыжики, отваривают в разбавленном водою молоке, затем в похлебку бьют яйца и размешивают… Вкус — за уши, бывало, от блюда не оттянешь!
      В целом разносолами не увлекались: «Добрые жернова все мелют».
      К пище относились серьезно, да за столом не без шуток с хозяйкой, особливо в гостях:
      — Поднесешь винца, дак прибудет ума у молодца; как дашь пива — наделаю дива, а как дашь воды, дак натворю беды!
      Воды? Пей-ка квасок!
      Помыслы хлебороба, естественно, сосредоточены на грядущем урожае. Озимь колосится — не смыло бы цвет ливнями, не развеяло бы ветром. Яровые слабы, путем не укоренились — помочит, это им на пользу…