У этого человека редкая для наноиндустриального века профессия – камнерез.
В 2011 году исполнилось 225 лет камнерезному искусству Алтая. Ученые, писатели, искусствоведы и сегодня спорят с легендами и былями, пытаясь найти здесь «свою Трою», пишет журналист краевой газеты «Алтайская правда» Олег Антонов.
Колыванская шлифовальная фабрика - детище «сына Алтая и Отечества» Федора Стрижкова - вступила в строй 1 августа 1802 года. Это было первое в мире механизированное предприятие, обрабатывающее твердый камень. А еще раньше, в 1786 году, по Горному Алтаю рассыпались первые геологические экспедиции: инженеры и самостаратели искали подходящие минералы для канделябров и колонн, для ваз и каминных полок. С самого начала ориентир был взят на крупные вещи. Здесь мастера изготовили «Царицу ваз» - до сих пор ей нет подобных не только в Государственном Эрмитаже, но и во всем мире, отмечает корреспондент краевого издания. Как всеобщее признание и восхищение талантами сибирских мастеров рассматриваются сегодня медали всемирных промышленных выставок прошлого века. Колыванскую вазу вручил как подарок Александр I Наполеону: до сих пор один из районов старой Колывани называется Париж. Увы, вместе с закатом русского классицизма надобность в сибирских чудо-камнях прошла, пишет «Алтайская правда».
«Казалось, у Горной Колывани нет будущего. Мы разучились оценивать камень и за артистичность, и за технику исполнения. Он исчез из наших домов. А самое главное - он обесценился подобно вездесущему хрусталю. Но не будем забывать, что техника обработки камня известна уже более двух тысячелетий. Это время и кризисов, и пиков популярности, но само камнерезное искусство никогда не умирало», - подчеркивает Олег Антонов.
Флорентийская мозаика (ее можно увидеть в здании Барнаульского речного вокзала, в санатории «Обь» краевой столицы и вестибюлях Новосибирского метрополитена (станция «Сибирская») была, пожалуй, находкой XX века для Горной Колывани. Те первые 47 квадратных метров на речном вокзале (1984 г. Авторы – Ольга и Георгий Алексеевы) стали стартом. Три молодых художника-исполнителя стали лауреатами премии комсомола Алтая. Среди них - молодой камнерез Саша Дербенев.
«Самое главное – нам интересно было научиться работать с камнем. А здесь была такая возможность. Препон не было. То, что мы придумывали, то мы и делали, - говорит он. – А что придумывали? Хотелось, как у Бажова, каменную вазу...», - вспоминает сегодня мастер Дербенев.
Сначала студентам показали, как делать вазы. Два старых мастера - «дядя Володя Ильин и Усов дядя Саша». Первую вазу сделали – на автостанции поставили. Это был верный ход. Знак, намек на возможность возродить славные традиции Горной Колывани камнерезной был замечен.
«Первую вазу делали к 250-летию Барнаула из яшмы, которая на Пушкинской сейчас стоит. За яшмой специально на старый карьер ездили. Потом сделали вазу из гранита. Потом заказы пошли. Во Дворец бракосочетаний, в музей изобразительного искусства, в скверы на улицах Молодежной, Георгиева… Копии исторических изделий из твердого камня делали», - рассказали «Алтайской правде» Александр Дербеневи Олег Демидов.
Мастера сделали несколько десятков «крупных вещей» к 200-летию Колыванского камнерезного завода и множество других великолепных изделий. Однажды даже замахнулись на копию «Царицы ваз». У той, что в Эрмитаже, крайние точки за пять метров, вес 19 тонн, делали ее до середины XIX века два десятка лет. Современные камнерезы в пять раз все уменьшили – но делали все также тщательно и аккуратно - год возились. Сейчас она стоит в санатории «Обь», уточняет Олег Антонов.
«Вот так все было! – показывает большой палец Александр Дербенев. – Вдохновлялись рычанием медведей в горной тайге, пейзажами Коргона и изгибами Чарыша. Нас в Нижнем Тагиле Виталий Стеканов и Виктор Колесниченко учили камешки искать – весь Урал, включая Заполярный, обошли. Вот всю жизнь камни и ищем! Прикипели…».