Переговоры, которые Александр Толстоухов провел сегодня с группой людей, начавших голодовку, дали свои результаты - большинство отказалось от проведения голодовки.
Возле офиса ЛДПР остались только около 30 человек, которые не хотят слышать аргументы нового руководства предприятия, и требуют погасить всю сумму задолженности сразу.
Александр Толстоухов отметил, что на этот шаг его подвигло желание сохранить тракторный завод и дать возможность новой команде руководителей нормально работать. Действия группы голодающих не поддаются объяснению, так как еще в понедельник-вторник на этой неделе они согласились с тем, что голодовку проводить не имеет смысла, и дружно проголосовали за то, чтобы зарплату выплачивали всем в равных долях по графику (имеется протокол совещания и диктофонная запись). Из этого следует, что людей просто заставляют голодать и используют в своих интересах амбициозные политические структуры города.
Вместе с тем, есть уверенность, что выплата задолженности по заработной плате будет идти даже с опережением графика. Во вторник на следующей неделе поступят 10 миллионов рублей очередного транша, в конце недели еще 25 миллионов. Заключен договор на продажу неликвидного имущества предприятия и металлолома, который дает уверенность, что всю сумму перед работниками ООО "Алттрак", ООО "АТЗ-запчасть", ООО "Инструментальный завод" удастся погасить полностью в течение трех месяцев. На предприятии уже ведется работа по организации производства. Однако все эти доводы не были восприняты желающими голодать. Что интересно, свою позицию сами голодающие никак не могут прокомментировать и лишь кивают в сторону руководства ЛДПР: спрашивайте у них.
На вопрос о том, не беспокоит ли Толстоухова тот факт, что он может нанести вред своему здоровью голодовкой и ночевкой под открытым небом, Александр Михайлович ответил:
- Я являюсь Президентом Всероссийской ассоциации холодового плавания (моржи), занимаюсь йогой и периодически вхожу в лечебное голодание на протяжении 20 лет. Я голодаю ежемесячно от 3 до 25 дней. Поэтому у меня есть уверенность, что я продержусь гораздо дольше той группы голодающих, против которой и направлен мой протест.